«Из Союзмультфильма в аниме»

— Аня, привет!

— Привет!

— Можно рассекретить, где ты находишься сейчас?

— Я нахожусь в Токио, в Японии. И живу здесь уже около пяти лет.

— Я так понимаю, что ты там прям живешь, работаешь и вообще радостно существуешь. А почему Токио, если не секрет?

— Мне всегда хотелось рисовать аниме. Аниме — это Япония, а Япония — это Токио. Токио — он такой самый подходящий, если хочешь работать в индустрии.

— Расскажи, пожалуйста, а чем именно ты занимаешься?

— Я рисую фоны для аниме, на самых разных студиях с разными проектами.

— А у тебя удаленная работа или ты в Токио работаешь напрямую с какими-то студиями?

— На данный момент удалённая. То есть, я работала раньше на студии около года. Поняла, что больше не хочу. И так сложились звёзды, что мне удалось уйти на фриланс. Сейчас я работаю из дома.

— Ты работаешь как концепт-художник или.

— Ну, концепт именно редко, в основном мне приходят какие-то фоны или образец того, что нужно делать, с разных ракурсов… У нас очень редко бывает, когда вообще всё с нуля делается.

— Почему аниме? Есть какая-то у тебя вообще предыстория всего этого?

— Наверное, я всегда любила рисовать. У меня там любимая игра на компьютере была Paint. У меня есть брат, у нас был один компьютер, а нас двое, и мы с ним играли. Проигрывал тот, кто залил персонажа, но не закрыл контур… То есть, мне всегда нравилось рисовать, потом в моей жизни появился «Наруто». И рисование оказалось вот этим вот мостиком между нарисованным миром и реальностью. Я начала там рисовать всякие фан-арты, криво-косо, как умела. И как-то это стало моей жизнью. Я никогда не училась в художке где-то, я самоучка. И шла по этому пути достаточно долгое время. Не мечтала ни о Японии, ни о работе, ни о чем таком. Просто это нравилось. Рисовать какую-то свою мангу без референсов, из головы, десять страниц за день!

— А на кого ты в университете училась?

— Ой, я не помню, как точно называлась моя профессия, но там точно рядом, где был мелкий шрифт, было написано «мультипликатор». Поэтому я туда пошла. Рисовать хотелось, но из-за того, что в России аниме нету, мне хотелось пойти в игры. Потому что мне нравилось, что в играх такая живописная визуалка… Я прочитала артбуки разные по играм, рисовать я по-прежнему нормально не умела, а хотелось рисовать персонажку очень сильно. Я начала учиться рисовать людей, то есть, после университета я начала учиться.

Меня взяли в анимацию. Я оказалась на Союзмультфильме. Правда, там мне никто не дал персонажей. Но мне дали фоны. А я не умела рисовать фоны. Особенно для анимаций. Потому что я везде проходила курсы по персонажам… И был мой первый опыт, когда я училась прямо вот на работе, в полях. У меня были замечательные коллеги, которые мне помогали. Но… это было не аниме, все-таки. Тогда появилась возможность поехать в Японию, я побывала там и влюбилась в эту страну! Решила, что надо переезжать.

— Слушай, в Союзмультфильме ты долго проработала?

— Около года.

— По зарплате было не очень много, поскольку ты начинающий художник? Или в принципе там была возможность зарабатывать в перспективе?

— Перспектива была. То есть, там так даже получилось, что меня повысили. Я там стала одной из курирующих художников. И тут я опять уехала в Японию!

— Сколько могут зарабатывать младшие художники, художники средние, постарше в сфере анимации? Вот есть какие-то цифры для России и, может быть, не для России?

— Для России, к сожалению, я, наверное, не смогу что-то такого сказать. Я знаю, как в Японии в настоящий момент, как это происходит. То есть, если ты работаешь на студии, то твоя зарплата будет (вычитая все огромные налоги, которых тут много), если в рублях переводить, то 100+. Если на фрилансе, как я работаю, у меня не оклад, у меня сделка. То есть вот сколько я сделаю, сколько я получу. Поэтому время — деньги.

— Слушай, вот Япония, в принципе, страна такая… ну, не бюджетная совершенно. Вот хватает художнику там на жизнь, скажем так?

— Ну, учитывая, что его жизнь проходит в студии…, знаете, вот эти мифы о том, что японцы живут на работах, это правда. То есть, я работала в японской компании год, и я оттуда сбежала, потому что это было невозможно. То есть, я приезжала на работу к часам 9, уезжала в 12 ночи. И так шесть дней в неделю, и всё равно не успеваешь, у тебя там бесконечные дедлайны, там на тебя сыпется, ты практически живёшь на работе, ты вообще ничего не видишь. И так все. То есть, они супердобросовестно, офигенно рисуют, всё классно, но у тебя нет времени на жизнь. Поэтому как бы некуда тратить деньги. Но если хочешь, чтобы на хлеб и на масло хватало, то, конечно, лучше иметь зарплату выше, чем вот это самое минимальное японское.

— Вот ты поработала в этой компании. Японцы, в принципе, как профессионалы, наверное, совершенно непревзойдённые! Что тебе удалось вот прямо перенять такого в японском подходе, скажем так?

— Ну, аниме научили рисовать, потому что, опять-таки, на Союзмультфильме это была очень казуальная история, где-то, может быть, с утрированной перспективой, то есть, там никакого рендера, ничего такого не было, там векторная графика… В этом есть свои сложности, но это другая история. А аниме — это всё-таки такой реализм, реализм с определённым… рендером все равно, но реализм. И когда меня взяли на работу, у меня в портфолио были одни портреты, пару скетчиков города и все. Училась рисовать фоны я уже на работе, там очень настолько грамотно выстроен подход. Я почти ничего не умела, я только знала процесс, он мало чем отличается от русского на самом деле. А вот именно как рисовать, что рисовать, я училась уже там. У меня был такой год жёсткого обучения.

— Но японцы хорошо обучают, да?

— Да, они в принципе достаточно терпеливые и доброжелательные в этом плане. Там самое главное говорить! Например, мол, я не успеваю, я вот с этим не справляюсь, объясните! Тебе всё объяснят, всё разложат, всё покажут, вот прямо нарисуют. Они очень любят помогать, это в их культуре. Вот. И сами по себе суперответственные, конечно, рисуют они потрясающе.

— А вот над какими проектами ты там поработала? Есть какие-то проекты, в которых ты участвовала, где можно увидеть твои фаны?

— Мы рисовали такие маленькие, наверное, не сильно знаменитые аниме. Потому что, как оказалось, в Японии очень много всего выходит. То есть, «Хельк», какая-то «Семерка идолов»…Я уже не помню названия. Уже уйдя оттуда, из крупных проектов я, например, рисовала «Спай Фэмили». «Реинкарнация безработного», по-моему, так она называется. И какие-то тоже мелкие.

— А это сериалы или это полнометражные какие-то проекты?

— Это все сериалы. На фрилансе мне удалось поработать с играми, я попала в геймдев. Я тоже рисовала фоны или какие-то новеллы. У меня есть арт-директор, он японец и он работает с самыми разными компаниями, ему заказы поступают и он это уже раскидывает по своим фрилансерам. И вот мне, в том числе, прилетели несколько заказов на игры.

— То есть, сейчас ты в настоящий момент, работая, условно, на фрилансе, рисуешь и для аниме, каких-то проектов анимационных, и рисуешь для игр. Есть какая-то разница в работе, в ощущениях, в подходе?

— Для игр нужно более детально рисовать. Ну вот то, что мне приходило, оно прям такое более реалистичное, прям вот рендер-рендер-рендер. А для аниме всё-таки попроще.

— Какой-то вот проект можешь вспомнить, который прям тебе особенно нравилось рисовать?

— Наверное, «Отряд самоубийц в другом мире». Он вроде уже вышел. Мне нравится сама концепция, где Харли Квин, мне она очень нравится, как персонаж. Мне тогда попали с ней кадры, я такая, типа, класс! Когда ты видишь персонажа, который тебе нравится, это прям такой сильный толчок вдохновения. И там были достаточно сложные, живописные фоны. Мне нравилось рисовать, потому что было много творчества.

— Здорово! Мы, правда, с тобой ничего про зарплату не сказали. Сколько платят японцы? Давай вот так.

— Если это компания, то тут самая минимальная зарплата, если в рублях, то 100−150 тысяч. Если ты хочешь жить лучше, то можно зарабатывать больше. Не то чтобы легко, но это возможно. 200 тысяч, если сильно постараешься, а то и 300 тысяч. Но здесь много уходит на жилье. Очень много вычитается на налоги. Жизнь, транспорт… Золотой, просто золотой интернет. То есть жить, в России и работать в Японии — это супервыгодно. Ну, и ты хорошо получаешь. В Японии, например, ты получаешь до 500 тысяч йен на руки. В рублях это около 250−300 тысяч, в зависимости от курса.

— Но у тебя не было мысли вернуться в Россию и работать на японцев удаленно?

— На данный момент это не очень возможно в связи с ситуацией со Swift. Они просто не смогут перечислять зарплату. Вообще, возможно, есть иностранцы, которые там работают из Европы, из Америки, с разных концов света абсолютно спокойно.

— А что тебе вообще нравится и не нравится в Японии?

— Мне очень нравится декорации. То есть, здесь бесконечно красиво. Выходишь на улицу и вот все, что вы видите там в аниме, например, Макото Синкая, все правда. Так оно и есть. Возможно, даже красивее. Очень люблю японское небо, оно практически круглый год синее. И это прям заряжает какой-то энергией, любовью к жизни, ко всему. А не нравятся мне японцы.

— Японцы не нравятся? Из-за своей работоспособности бешеной или из-за чего именно?

— Менталитет другой. Японцы вежливые, но к себе не подпускают. То есть, мне не удалось завести японцев-друзей. Сложно наладить с ним какие-то дружеские контакты. То есть, вот рабочие — окей, но дальше прям вот сложно. У нас тут своё русское комьюнити, так же есть много иностранцев. Но японцы достаточно закрыты и к себе иностранцев не сильно подпускают.

— В русском комьюнити есть и художники вероятно? Такие же, как и ты, которые приехали работать.

— Есть. Вот у меня есть одна девочка, которая русская, мы в студии работали вместе какое-то время. Еще одна девочка, тоже вот на фонах… Вот почему-то все фоновщики! Еще тут очень много айтишников, ребят наших. Кто-то учится, приезжает учиться, кто-то тоже в геймдеве, в 3D работают… То есть, здесь устроиться в индустрии не так сложно, если ты знаешь японский. Иногда достаточно английского и такого, очень поверхностного японского.

— Есть ли время вообще на личные какие-то работы, на самотворчество, или, видимо, его не остается?

— Время есть, как бы это парадоксально не было. Не хватает, наверное, творческой энергии, потому что она вся уходит вот на работу. И когда я заканчиваю работу, я понимаю, что я больше не хочу рисовать.

— Слушай, а я ещё хотела вот у тебя узнать про нейросети. Как у японцев с ними вообще? Принято, не принято?

— Насколько я знаю, нейросети в некоторых больших компаниях используются. А на своей работе мне не приходит там сверху установок каких-то, например, использовать такую-то сетку и делать в ней то-то и то-то. Но для себя я использую, потому что это быстрее. Если у меня там есть какой-то фон-нулевка, я там могу набросать какой-нибудь скетч, закинуть в нейросетку, а потом свой же рисунок подправленный использую как референс для своей же работы. То есть, мне нейросети облегчают жизнь. Я пользуюсь.

— Ну, то есть, японцы нормально относятся к этому инструменту?

— Да, хотя, несмотря на то, это есть и где-то используется, они сами очень много рисуют самостоятельно. И там сидят профессионалы такого уровня, что им быстрее, мне кажется, нарисовать самому, чем просить нейросетку, писать промты, что-то от нее требовать. Рисуют сами, есть люди, прямо вот в возрасте, очень-очень пожилые… Вот у нас были арт-директора на студии, мне кажется, 60−70 плюс, и они, конечно, да, мастера.

— А ты не сталкивалась лично с какими-нибудь прям мэтрами аниме, с какими-то именитыми людьми?

— С Миядзаки не завтракала! Но хотелось бы. Мне кажется, что я знакома с Миядзаки на два рукопожатия, потому что арт-директор, с которым я работаю, работает в студии, которая рисует фоны для Миядзаки. С режиссером «Атаки Титанов» я тоже через одно рукопожатие знакома — у меня подруга рисовала Титанов. Для меня, наверное, самая значимая встреча была, когда я познакомилась с пареньком, который рисовал «Аркейн». А я просто фанат «Аркейна»!

— Аня, хочется, конечно, еще чуть подробнее узнать про то, как ты попала к нам на курс по концепт-арту в NewArtSchool. Как это вообще случилось?

— Это как раз было в тот период, когда я искала всю возможную информацию. Я уже прошла какие-то курсы и понимала, что это все классно, но мне не хватает. И тогда наткнулась на видео Дмитрия, где он непосредственно все это рассказывал. Потом, естественно, на сайт зашла, на курсы, тоже какое-то время ходила вокруг да около, ходила-ходила, думала-думала-думала. И решила, что нет, я все равно ничего не теряю. Я могу только приобрести. И, собственно, я приобрела. Курс шел не очень долго, но он был суперинформативный! То есть, в одном маленьком курсе был весь фундамент, который должен быть для… для работы с чем угодно. Хоть с фонами, хоть с пропсами, хоть с персонажами. И мне всегда нравилось, что дают фидбэк. Не такой, что «Я сейчас поверху нарисую за тебя и ты молодец», нет. Ты не молодец вот здесь, вот здесь, иди исправляй! Я курс проходила уже, по-моему, находясь в Японии, и мне было очень интересно искать в новой среде какие-то идеи для референсов.

— Слушай, а что было вот сложно, что запомнилось особенно как-то при прохождении этого курса?

— Сложно мне было, наверное, рисовать разные формы… Я пыталась себя раскручивать. То есть, тебе дают какую-то задачу и тебе приходится по-новому мыслить, с другого ракурса на это смотреть. Вот это было сложно. Мне до сих пор очень сильно нравится моя финальная работа. Там у меня такая была в стимпанке девочка. У неё не было ни истории, ничего. Мне нравилось у неё какой-то внешний вид придумывать. История предполагалась после, но после не случилось… Мы как раз сделали там персонажа, используя там все-все, что мы там до этого уже проходили. И я, наверное, сама такого в жизни бы не нарисовала. Потому что курс так устроен, что сначала ты начинаешь с чего-то такого маленького, и информация наслаивается, наслаивается, наслаивается И в конце, на финальной работе, это было, конечно, классное прозрение, типа, офигеть, я теперь так умею!

— А что после прохождения курса у тебя поменялось в плане работы?

— У меня изменился пайплайн. Он появился. Достаточно простые приемы, как оказалось. Велосипед изобретать не надо, он уже изобретен. И, собственно, я узнала, что он есть, на этом курсе. И я до сих пор на нем езжу.

— А как твои друзья, родители относятся к тому, что ты уехала в Японию, что ты работаешь художником?

— Положительно. Я думаю, что они привыкли. Мама меня всегда поддерживала. Когда я собралась поступать в университет, она мне его нашла. И репетиторов по рисованию тоже. Мама всегда была на моей стороне, всегда мне помогала, развивала, направляла. Я ей очень благодарна. Друзья у меня тоже работают в анимационной сфере, тоже поддерживают, конечно. У меня очень хорошие друзья, на людей мне везет.

— Хотела спросить еще твое мнение по составлению портфолио для художника, если художник, например, тоже метит в анимацию.

— В первую очередь смотреть, куда ты метишь. То есть я, например, когда искала работу, уже находясь здесь, я смотрела самые разные студии, анимационные, игровые, и под каждую студию я плюс-минус переделывала свое портфолио. В Японии точно нужно забрасывать в портфолио академический рисунок, это прям хорошо, тебе пригодится. Значит, у тебя есть какая-то база. А дальше уже, например, если ты хочешь рисовать персонажей, для анимации есть определенные персонажи, для игр — свои. Если хочется в аниме, как я работаю, там должны быть, естественно, фоны. Причём как раз-таки без персонажей и, возможно, даже без цвета. И да, лучше меньше, но качественнее, чем больше, но вот неважно что.

— А у тебя есть Artstation, Behance?

— Не веду. У меня есть инстаграм. Да, очень редко что-то выкидываю. Там очень много старых работ… А если выкидываю, то персонажей. Я до сих пор их люблю.

— Ты не теряешь надежды, что когда-нибудь тебя позовут чисто персонажей рисовать?

— Нет, на самом деле, я не хочу рисовать больше персонажей для коммерции. Я их рисую для души. Мне так получается, что мне пришлось полюбить рисовать фаны и сейчас я больше ничего другого не хочу. Я на этом могу зарабатывать деньги, зачем мне учиться заново чему-то? Фоны — это для работы, а для души вот, пожалуйста, персонажка.

— Скажи, пожалуйста, какие у тебя вообще планы дальше?

— Я сейчас работаю над еще одним проектом, помимо моей основной работы, я пока не могу ничего про него рассказывать. Проект тоже творческий, он мне очень сильно интересен, и в нем есть такая большая точка роста, я не просто обезьянка, я там что-то еще и придумываю… Я работаю там не одна, я не знаю, выгорит, не выгорит, непонятно пока. Но суть в том, что мы стараемся.

— Это будет анимационный проект?

— Да, это анимационный проект. Но пока никакой информации дать о нем я не имею права.

— Какой совет ты бы дала себе, когда ты начинающая художница, когда ты только начала зарабатывать на этом?

— Наверное: «Продолжай учиться, не довольствуйся малым». То есть, если тебе что-то хочется, даже если это бесконечно страшно, иди! Все будет хорошо.

Мне просто очень нравится такое аниме «Бакуман». И там есть очень классный девиз, я, наверное, использую его по жизни: «Самоуверенность, усердие, удача»!

— Аня, спасибо тебе большое за беседу!